logo

Игорь Стрелков и Алексей Сороковой: Россия, Новороссия и Сирия

Игорь Стрелков и Алексей Сороковой: Россия, Новороссия и Сирия


Игорь Иванович Стрелков отвечает на актуальные вопросы по ситуации вокруг России, Новороссии и Сирии. Беседу ведёт начальник штаба движения Алексей Сороковой.



Алексей Сороковой: Добрый день, добрый день дорогие друзья. Сегодня мы решили сделать запись с ответами на вопросы, которые накопились за последнее время. Игорь Иванович, давайте с вами начнем с такой темы, как Украина, Новороссия и Сирия. Первый вопрос – почему русский народ Донбасса и Новороссии в целом теперь нуждается в меньшей защите, чем народы Сирии.

Игорь Стрелков: Полагаю, что некорректно пожалуй сравнивать вообще проводить какие то параллели больше, меньше, естественно, что народ Сирии нуждается в защите, как минимум не меньше народа Донбасса. Если посмотреть на записи, которые оттуда идут, десятки людей подвергаются жесточайшим казням. Не только за иную конфессиональную принадлежность, нежели радикальные исламисты, которые захватили. Однако, я так понимаю, что всё таки вопрос касается больше участия России. Здесь необходимо сказать следующее, что на мой взгляд, конечно, влезать в еще одну войну, причем войну очень серьезную, жестокую, и на данный момент союзником России – Сирией практически проиграна. Не закончив, вернее не определившись с войной первой, которая ведется непосредственно на территории исторической России. За интересы непосредственно русского народа – это мягко говоря авантюра. Мягко говоря. Поэтому лично для меня то, что сейчас происходит в Сирии, то, что происходит в российской информационной среде в отношении Сирии, при полном подчеркну забвении проблем с Украиной – это вредит в целом и в общем и в частности, хотелось бы сказать, что если российские власти решили воевать за гуманитарные ценности в Сирии, за интересы другого народа – сирийского, и за интересы Асада, опять же отношусь к нему с очень большим уважением, потому что человек в течении четырех лет отчаянно сражается с Соединенными Штатами. То почему мы при этом полностью исключаем из риторики, из практической деятельности защиту интересов своего собственного народа, русского народа Украины. Русского народа Донбасса. Фактически речь идет о том, что мы собираемся бросить вооруженные силы Российской Федерации на защиту, плюс близкого по мировоззрению может быть хотя опять же там конфессиональный состав Сирии очень пестрый и там христиане составляют всё таки меньшинство. Но не родственного народа. В то время как часть своего народа мы фактически отдали под власть антирусских, антироссийских с точки зрения государства нашего элементам.

Алексей Сороковой: Кстати, тогда вопрос возникает следующий. Мы с вами знаем, что на территории Донбасса нет российских войск, есть только ополченцы, добровольцы. Отпускники те же самые. И есть информация о том, что иногда они попадают в плен. И не всегда, к сожалению, руководство пытается их обратно забрать. Как вы думаете, вот в случае с Сирией. Если наши ребята попадут в плен.

Игорь Стрелков: Они просто долго не проживут откровенно сказать, поскольку там идет война. Религиозная война. На истребление. Нравы, если на Украине хоть как то, хотя там тоже идет гражданская война. Но эта война не религиозная. Не носит религиозного характера. То в Сирии речь идет о том, что все иноверцы безжалостно истребляются. Без даже выдвижения каких либо серьезных требований. Но не хотелось бы даже думать о том, что случится с теми нашими ребятами, кто может попасть в плен к религиозным радикалам. Я видел таких людей в Чечне. Что с ними делали. Это средневековые пытки. То есть, это средневековый уровень жестокости. Абсолютно нормально. Дело в том, что для мусульманских фанатиков для них человек другой веры – это не человек. То есть, это существо, с которым можно сделать всё, что угодно. Просто всё что угодно. И не чувствовать ни какой моральной ответственности за это. Ну, а вообще тема военнопленных на территории Украины, в том числе людей, которые называют себя военнослужащими российскими и более чем вероятно таковыми являются – это конечно, по крайней мере в Российских средствах массовой информации то как это подается – это выглядит плевком в лицо армии. Я не исключаю, что ведутся закулисные переговоры. Если они не ведутся – это вообще бы было совершенно дико. На предмет освобождения наших военных. Возможно даже, они будут освобождены путем каких то теневых комбинаций, теневых переговоров. Однако, то, как подается в общество отношение к кадровым российским военнослужащим не важно при чем бывшим или действующим, в отношении сам принцип безобразный. Он просто отвратительный и оскорбительный для любого военного. Мне абсолютно честно говоря не важно, являлись ли офицеры ГРУ которые захвачены, там сотрудники ГРУ и там сейчас майор говорит который попал в плен на границе являлись именно действующими военнослужащими. Факт в том, что они попали в плен к противнику, который заявляет, что они российские военнослужащие. И они это подтверждают. С этой точки зрения более безобразного, отвратительного и свинского поведения со стороны власти я наверное ни от одной страны не видел. Ни одна страна не пожалуй даже Украина в этом отношении поступает более логично. Более благородство это не то слово, которое для них, но более порядочно, по отношению к своим пленным, чем российская сторона. Они защищают Савченко. Полусумасшедшую. Они защищают её последовательно. Они своих пленных, которые перебежали на территорию России, попали в плен в ходе операции вооруженных сил Новороссии они аккуратно выменивают. Всех их признают. Почему мы не можем сказать того же самого о наших пленных, как бы они себя не вели. С точки зрения спецслужб поведение вот этих пленных, которые называют себя военнослужащими тоже очень некорректно. Поскольку человек поступивший в спецслужбы должен отлично понимать, какую ответственность он несет. Ну, по крайней мере, пока служит. Но тем не менее отношение государства оно безобразное. Ни в какие ворота не лезет. По крайней мере в понятии о чести государства, никак не умещается.

Алексей Сороковой: Хорошо. Вопрос такой. В средствах массовой информации в последнее время акценты с Новороссии достаточно здорово съехали на Сирию. Считаете ли вы, что это отмена русской весны и отказ от русского мира.

Игорь Стрелков: Отмена русской весны и отмена русского мира по крайней мере в риторике государственных деятелей произошла еще ну как минимум полгода назад. Если не больше. А фактическое начало этой отмены уже исполняется год. Со времен минских соглашений. Долгое время я сам не верил, настолько дико быстро и цинично был совершен отход от той пропаганды, которая у нас была полтора года назад, весной четырнадцатого года в сторону признания легитимнос ти киевского режима, что я вот долгое время действительно предполагал, что есть некий хитрый план Путина, который будет реализовываться руками спецслужб. Руками не явно дипломатии. Который будет нацелен на сокрушение антирусского режима в Киеве. Потому что объективно сохранение власти той, которая сейчас в Киеве – это объективно ведет к тяжелейшему геополитическому поражению России после девяносто первого года. Почему. Потому что в девяносто первом году Украину от нас оторвали формально. Как и все остальные славянские, как Белоруссию, как многие другие республики бывшего СССР. Оторвали формально, но население осталось частью единого русского пространства. Частью русского мира. Сейчас сделан колоссальный шаг запада вперед, колоссальное продвижение в том плане, что Украина действительно перешла в антирусский лагерь. И значительной части населения навязано представление о их Родине – России единой как о враге. Москва представляется неким Мордером, который не дает построить счастливое европейское будущее. Для граждан Украины. Для русского народа Украины, потому что другого там в общем то нет. Кроме относительно небольшого процента. Естественно, что то, что сейчас у нас на первых полосах газет, везде во всех телешоу. Ток шоу и прочих массовых мероприятиях звучит только Сирия, Сирия, Сирия, еще раз повторю, это не говорит, что Сирия не нуждается в помощи. Вопрос заключается в том, что в первую очередь, я считаю, что надо оказывать помощь своим. А потом уже идти за три моря и помогать другим людям, пусть даже нам чем то близки.

Алексей Сороковой: Ну да, как вы видите, в идеале, политическое и административно административное устройство Новороссии можно ли референдум в свете приближающихся выборов.

Игорь Стрелков: Поймите, что слово Новороссия действительно, хотя оно у нас везде написано пожалуй сторонники Новороссии остались только в рядах общественных организаций. В официальных властях ДНР и ОНР сторонников Новороссии нет. По крайней мере явно нет. Они сейчас счастливы в своих банановых республиках. Где им предоставили власть. И там я по крайней мере многократно слышу о том, что многие официальные лица, включая глав республик на слово Новороссия реагируют крайне болезненно. И даже в нервной форме заявляют, что никакой Новороссии нет, здесь республика и всё. Поэтому, ну а в любом случае вообще, насколько мне опять же известно, сейчас и в ДНР и в ОНР господствуют в органах власти ни на чем я считаю не обоснованное убеждение, кроме как на собственных хотелках как это принято говорить, в том, что их республики войдут в состав Украины на правах неких автономий. По типу образцу Крыма 2014 года. Но с большей долей, естественно, самостоятельности собственными фактически согласованными лишь на формальном уровне руководителями силовых структур. Собственной армией замаскированной под милицию. Собственным погранконтролем. На границе с Россией. Хотя Украина по прежнему последовательно заявляет, что ничего этого не будет. Причем заявляет фактически каждый день. И до сих пор не принято ни одного законодательного акта Украины, которое хоть как то предоставляло какой то автономный статус Донецкой и Луганской республике. Тем не менее. Это убеждение господствует. Вот эти с позволения сказать господа, правильно их панами называть, потому что если они стремятся в единую Украину то они естественно надо именоваться по украински. Вот пан Захарченко, пан пан Ушилин и вот в недавнем прошлом пан уже не знаю за что его конкретно спихнули, у меня есть предположение но не считаю возможным делиться сейчас в эфире. Вот они считают, что они в праве привести народ Донецкой и Луганской республики обратно в Украину, не спрашивая их мнение. То есть, фактически эти люди пришли к власти в результате народных движений. что их в итоге поставила Москва, но тем не менее. Сам факт, что эти не очень высокого полета и пошива я бы даже сказал господа оказались во главе республики – это результат народного движения. Не их собственная заслуга. И народ провел референдум. В котором заявил о государственном суверенитете Донецкой и Луганской республики прошли и в Луганщине и в Донетчине. И собственно говоря, как они, ставшие формально или не формально по воле народа во главе своих республик собираются вступить в Украину без точно такого же референдума. Вернуться в состав Украины. Я честно говоря не понимаю. Об этом как бы замалчивается. Но я считаю, что если у нас формально декларируется воля народа, то без референдума даже вопрос не может ставиться об возвращении в Украину. Это противоречит элементарной не то что бы порядочности. Это противоречит идеологии самих республик. Это противоречит тем наградам, которые они у себя на груди таскают. Носят. Это противоречит всему, что они делали до этого. Если что то делали вообще.

Алексей Сороковой: Тогда может быть целесообразно было бы не просто устроить референдум, а подсказать некий список вопросов я бы хотел, чтобы вы откомментировали, например, я позволил себе составить такой список. Это в процессе референдума первого – поддерживаете ли вы независимость и суверенитет Луганской или Донецкой республики народной республики от Украины. Второй вопрос – поддерживаете ли вы объединение Луганской и Донецкой республики в единую республику – Новороссию. Третий вопрос – поддерживаете ли вы присоединение вашего государства к Российской Федерации на правах субъекта Российской Федерации. Поддерживаете ли вы возврат Луганской и Донецкой республики в Украину на правах отдельного субъекта федеративной Украины. И последний – поддерживаете ли вы возврат Луганских и Донецких народных республик в состав Украины в довоенном статусе. Луганской и Донецкой областей Украины, как до Майдана было.

Игорь Стрелков: Ну, замечательный конечно список. Только я думаю, что в принципе я полностью с этим согласен. Вопрос только в том, что скорее всего на наши с вами слова даже никто никак не отреагирует. Потому что подчеркиваю. Марионеточные власти республик, они считают себя карифами на час. Они это понимают, они не собираются спрашивать народ – хочет он что нибудь или не хочет.

Алексей Сороковой: Но при этом народ при нашем посещении Донбасса мы возим туда гуманитарную помощь регулярно задает эти вопросы.

Игорь Стрелков: Народ задает эти вопросы нас с вами. Потому что своим панам он задать вопрос не может. Которые из грязи в князи вылезли и считают, что с народом больше можно не советоваться. При этом, они упорно заявляют, что выражают интересы народа. Но здесь их можно не критиковать. Это даже бессмысленно. Это настолько действительно мелкого пошива люди, что бесполезно к ним предъявлять какие то претензии. Претензии надо предъявлять тем технологам политическим, здесь в Москве, которые поставили этих людей. Которые навязали эту программу. Претензии надо предъявлять конечно российской власти. Целиком и полностью. В отношении того, что она сначала заявив о русском мире, народов Новороссии и вообще в целом о создании реально суверенитета теперь собирается под треск совершенно не нужной авантюры в Сирии, вернее не то что бы не нужной, опасной для России, ну похоронить это полностью окончательно.

Алексей Сороковой: Тогда другой еще вопрос возникает. Но если бы допустим, республики объединились в одну единую республику Новороссию. Присоединились к России, всё понятно, можно посмотреть, что делается в Крыму. Примерно тоже самое было бы и там. А вот ваш комментарий на тему если обратная интеграция Донбасса в Украину. Какие могут быть последствия. Моральная оценка так называемого курса Кремля. Его реальность реализации. Что можете сказать.

Игорь Стрелков: Насчет реализации у меня существуют серьезные сомнения. И не потому что я верю, что у наших вождей политических возобладает здравый смысл. Там по моему здравым смыслом уже и не пахнет, те действия, которые сейчас производятся они вообще безумные их назвать можно. Это действия людей, которые действительно планируют на месяцы максимум. Жизнь страны, существование страны. И совершенно не то что бы не способны, а наверное, просто не хотят думать о стратегии, действия людей, которые можно характеризовать выражением толи Людовика Четырнадцатого, толи Людовика Пятнадцатого: «После нас хоть потоп» вот и они просто у них задача отодвинуть этот потоп до конца собственной жизни. Желательно, чтобы он не случился вообще. При них. А дальше их не волнует. Вот здесь последствия для людей их волнуют мало. Мало волнуют, но я подчеркиваю, что здесь все многое зависит не только от наших политических деятелей. Но от соединенных штатов, в первую очередь от соединенных штатов, которые роют Украину в ручном режиме. Второе, от Украины, поскольку у них тоже все таки какая то у них произошла революция. У них всё еще не все еще сверчки расселись по своим сверчкам. Еще существует очень большая социальная мобильность. Ситуация тоже развивается крайне кризисно. Соответственно возможны собственно сбрыки, как принято говорить. И факт в том, что пока они ничего не решили. По прежнему держат на границе. Все заявления Пушилина видимо для внутреннего потребления. О выводе войск, ничего, ни один солдат, ни одна пушка, ни один танк. Может быть оттянуты чуть-чуть в глубину, но для танка проехать пять-семь километров – это дело двадцати минут. И далее, когда заявляют о демобилизации, фактических действий демобилизации нет. Более того. Буквально вчера мне сообщили в Харькове де факто началась мобилизация еще пятьсот человек стремятся набрать. Мобилизовать именно. Не призвать на воинскую службу. Не служившую молодежь. А именно мобилизовать. Людей старше тридцати. То есть, для чего это необходимо. Пока Украина держит козырную карту заключительного удара по Донбассу, генеральное наступление всегда в руках и она её еще не отложила. Они её вполне могут разыграть. С точки же зрения возможной сдачи Донбасса именно мирным путем, если подчеркиваю здесь основным является, основными решающими точками является следующее – сдача границ. Под контроль, под реальный контроль украинской стороны. И роспуск ополчения. И ввод на территорию нынешних отдельных украинских вооруженных формирований. Украинских подразделений и силовых органов СБУ. МВД. И если это произойдет, то буквально спустя самое короткое время, закрепившись на местности, закрепившись на границе украинская сторона несомненно разорвет все договоренности, вернее, даже не станет рвать. А просто сделает вид, что их и не было. И приступит к зачистке Донбасса.

Алексей Сороковой: То есть, это означает, что

Игорь Стрелков: Это будет означать десятки тысяч при варианте легком несколько десятков тысяч беженцев. В первую очередь всех ополченцев, всех членов их семей. Самой социально активной части населения Донбасса. Самой мобильной. Самой вот с точки зрения опасной для Украины. Которая будет в этом случае опасна и для России и с точки зрения социальной и экономической стабильности. Ну, а в худшем случае мы можем, если резня которую устроят на радостях и прочие угрожающие масштабы, можем и сотни тысячи беженцев получить.

Алексей Сороковой: Но чтобы иметь беженцев у нас должна быть открыта граница Российской Федерации. Как с этим вопрос.

Игорь Стрелков: Кто сможет, это надо будет высаживать границу, войска вокруг, чтобы людей не пускать. И кроме того. Ну вот вы представьте, что российским военнослужащим что прикажут стрелять? В ополченцев? Может быть им и прикажут стрелять в ополченцев. Как это будет выглядеть? Скрыть то это будет невозможно. Даже если здесь в Москве обыватели об этом не узнают всё равно они об этом узнают по другому. Ну, невозможно будет сдержать поток беженцев. Насколько я всё таки знаю, вопрос сдачи Донбасса мирным путем всё таки до конца не рассматривается. Есть данные о том, что сразу после проведения местных выборов последуют некоторые действия, которые я не буду озвучивать, поскольку слишком пристальное внимание, которое позволит Донбассу, скажем так, людям Донбасса легче пересекать границу Российской Федерации. До этого еще надо дожить. Пока же ситуация находится в подвешенном состоянии.

Алексей Сороковой: Хорошо. Дай бог. Тогда давайте обсудим еще вопросы касающиеся военной тематики. В которой вы специалист. Состояние ополчения и его готовность к выполнению боевых задач переписки. Мы наблюдаем вот в этой области для чего всё это.

Игорь Стрелков: Ну, я не совсем понимаю, какова цель пиара ДНР, те репортажи, которые сейчас идут в российском телевидении – танковый биатлон ДНР, соревнования новые.

Алексей Сороковой: С иголочки одеты, а при этом то, что мы видим на реальных позициях. Когда люди немножко не одетые.

Игорь Стрелков: У нас ДНР отстроена плохая копия российской политической системы. Плохая потому что российский образец строился в условиях нефтяного бума – это раз, второе, российский образец строился в условиях мирного времени. И относительного порядка. Он в принципе может существовать только в относительно комфортных условиях. А в ДНР – это плохая копия строилась еще более негодным материалом. Но тем не менее по образу и подобию в условиях войны и социальной нестабильности. В результате всё получилось во много раз хуже. Во вторых в России вся и политическая система и во многом и экономическая она является просто то есть, набор симуляторов, который действительно чиновники симулируют деятельность. Симулируют активность. Проводятся вместо реальной работы у нас праздноства проводятся. Чем хуже ситуация в экономике, чем хуже ситуация с собственной промышленностью, собственной наукой, тем больше у нас спортивных игрищ. Тоже самое и там. В целом, вот если вы хотите меня услышать. То, что можно сказать на камеру в отношении ситуации с корпусами народной милиции. Я скажу, что те корпуса, те части, которые находятся на фронте они в безобразном состоянии. То есть, я не знаю, что там какие доклады поступают в Россию, в Москву в отношении боеспособности корпусов. Но можно по пальцам пожалуй может быть даже одной руки пересчитать части батальона и выше, которые по настоящему боеспособны. Огромное количество во многих частях огромное количество мертвых душ. Просто мертвых душ. То есть, по спискам часть огого. А реально на позициях вот столько. Я не буду опять же называть цифры. Не буду называть участки, хотя уверен, что украинская разведка это прекрасно знает. Но тем не менее. Не буду озвучивать. Я считаю – это невозможно. Но иногда реальных укомплектованных частей меньше трети. От списочных. Где находятся остальные люди, кто за них получает деньги. А деньги выплачиваются. Это большой вопрос к нашим правоохранительным органам. Раз уж органы ДНР не работают над этим. А с другой стороны обеспечение – когда показывают людей в новенькой форме, отлично снаряженных – ну как правило это охрана какого нибудь большого командира. Которая естественно упакована с ног до головы так, что посмотришь и подумаешь – да это крутой спецназовец. Как минимум альфа или вымпел. Либо это вот какие то совершенно подразделения буквально только что сформированные и еще не успевшие или вообще не собирающиеся отправляться в окопы. реально на позициях люди разутые. Раздетые. Плохо обеспечены всем. Начиная от питания и кончая боеприпасами. С горючим отвратительно, с учением отвратительно, если оно вообще есть. Потому что зачастую обучение проходит только на бумаге. В отчетах. А реально оно не происходит. Не могу затрагивать все аспекты того, что мне становится известно. Но скажу так. Я наблюдал, как российская армия в Чечне, многие российские офицеры откровенно воровали. Ну было такое. И поэтому удивляться этому не приходится. И в первую компанию и еще больше во вторую кстати говоря, потому что если в первую доворововали остатки советского, во вторую компанию тащили то что страна повернулась частично лицом к армии и начали тащить то, что в результате образовалось. Вот всё то же самое в Донбассе умноженное на десять. То есть, если есть возможность украсть всё, крадут вообще всё. Даже одного процента не оставляют.

Алексей Сороковой: А что вы думаете нам сейчас делать в военной области ДНР?

Игорь Стрелков: В первую очередь нужно навести порядок. И в тылу надо навести порядок. И в войсках надо навести порядок. Симулятор армии очень опасен тем, что люди от симулятора ждут действия, как от реальной армии. А там симулятор. Там армию, ну не армию, добровольческие формирования, за исключением вот прекратили своё существование. А регулярной армии не сделали нормальной. На бумаге она есть, а реально её нет. Поэтому в первую очередь необходимо навести внутренний порядок. Необходимо чтобы в конце концов от честности в военном деле зависит очень многое. Хотя бы внутренней честности. Можно сколько угодно обманывать врага, на войне это необходимо. Но себя обманывать на войне. Это самоубийственно. То, что у нас произошло в сорок первом году, двадцать второго июня. Это как раз следствие колоссальнейшего самообмана. Когда люди действительно, и в том числе военно-начальники верили, что у них есть высшие начальники верили, что у них есть боеспособные мехкорпуса. Что у них есть боеспособная авиация, что руководит ей легендарный, талантливый маршал. Как выяснилось, что в мехкорпусах у нас семь процентов на тот момент было автотехники. И в результате большая часть танков была потеряна не в бою, она просто встала без горючего. Была захвачена врагом. Что вместо легендарных маршалов у нас полные бездари. Которые выезжали на славе гражданской войны. И в общем то ничему не учились. И не особо хотели. Ну, вот в Донецке у нас в принципе тоже самое. Все вспоминают про славу Славянска. Про котел. Про героизм Авторитет с точки зрения серьезных командиров из тех, кто там участвовал, особенно профессионалов, это конечно тоже по их рассказам – это просто ужас. И скажем так. В борьбе двух жутких непрофессионалов победил тот, кто был больше мотивирован победить. Только поэтому. Только за счет тогда еще существовавшей более высокой мотивации. В остальном борьба ДНР ских мальчиков. Как принято говорить. И надо быть честным, оценить состояние. И принять срочные меры. Для того, чтобы корпуса действительно превратились в настоящие воинские соединения. Которые необходимо а не на условии покраски бордюров глубоко в тыл. Потому что пока нет войны воинские части очень сложно понять насколько боеспособны. Если завтра начнется наступление украинской армии то как бы она не была низко мотивированна, как бы она не хотела воевать, она выполнит приказ и пойдет наступать. И когда эта махина обрушится на корпуса ну в первый день они крайний срок к концу первых суток. На некоторых направлениях. А так если не будет масштабной российской помощи ну вот в три дня разгромное окружение ну сколько потребуется дней на ликвидацию. Остатков ополчения. В Донецке и Луганске.

Алексей Сороковой: По нашим данным помимо угрозы вооруженным формированиям Новороссии существует и еще и гуманитарная угроза. Например, город Первомайск находящийся на линии фронта. Он после бомбежек практически полностью лишился всей инженерной системы и подачи воды. и вот по этому вопросу какая то непонятная ситуация. Вроде городские власти готовы написать, сказать об этой проблеме всем. А никого это не интересует. Ни собственных руководителей.

Игорь Стрелков: Мы же с вами говорили. У нас симуляторы. Вместо армии симуляторы. Люди, которые укомплектованы эти симуляторы они во первых не умеют ничего делать, во вторых не хотят, в-третьих, само понятие ответственности она им не нужна. То есть, мы имеем классический пример, как абсолютно не готовая к войне власть, абсолютно оказалась в ситуации военных действий. Они просто тянут время. Откровенно тянут. На авось. Опять же принцип После нас хоть потоп. То есть, сейчас вот они управляют, имеют какие то дивиденды. Там славу какую то, деньги, возможно еще где то что то отпилить, отхватить, отжать. А завтра они не думают об этом. Это общая ситуация, которая характерна для России тоже. с тем бюрократическим аппаратом, который сейчас есть. А думаю, что это неизбежно. Потому что общая безответственность, общее не желание что либо делать, общая надежда на авось. Она приведет к тем же самым последствиям, если еще не хуже. У нас слишком страна большая.

Алексей Сороковой: Но с другой стороны у нас существуют и здоровые патриотические силы, которые

Игорь Стрелков: Они и существуют и в Донбассе, только они совершенно не подпущены к власти. По одной простой причине, потому что они настоящие патриоты. А требуются фейковые. Требуются люди, которые способны говорить фразами, но в реальности поступать совершенно по-другому.

Алексей Сороковой: От нашего движения порекомендовать имебщимся российским властям раз они помогают Новороссии различными видами гуманитарной помощи обратить внимание на реальные проблемы, которые там существуют.

Игорь Стрелков: На сколько мне известно, допустим по крайней мере российские спец службы прекрасно эти проблемы знают. Но политическое наше руководство не желает все делается даже если что то и делается всё делается крайне я еще раз вернусь к ситуации в Сирии. Сирии надо было помогать как сейчас четыре года назад. Ну может быть три. Самый край два года назад. Та российская помощь, которая сейчас туда идет она была крайне необходима и могла перевесить чашу весов на сторону Асада. Сейчас этого крайне недостаточно. Она опоздала ну просто колоссально. Два года назад Асад контролировал большую часть страны. Сейчас он контролирует меньшую часть страны. Значительная часть населения потеряна. Потерян второй по величине город. Сирии. Оставлены очень многие базы военные. Стратегически важные. Фактически бои, фактически сейчас, без учета российской помощи сирийская армия находилась в состоянии поражения. Во первых она по сравнению с довоенным периодом сократилась вдвое просто по численности. Ну, правда без учета это всё равно милиция всего лишь. Во вторых они просто везде отступали. Везде отступали, терпели поражение. И как сейчас без полномасштабного ввода контингента российского действительно там десятки тысяч там потребуются для того, чтобы зафиксировать ситуацию и её перемолоть. Переламывать противника, переламывать ситуацию в Дамаске. Я не знаю. И в результате мы катастрофически опоздали. Просто катастрофически опоздали.

Алексей Сороковой: С чем вы связываете нерешительность российских властей?

Игорь Стрелков: Я считаю, что конечно же – это связано с имущественными и бизнес интересами нашей элиты. Наших олигархов поэтому в общем то это объективная правда. И от этого мы никуда не уйдем. Все бизнес интересы нашей страны они являются интересами властей сырьевого придатка для западной экономики.

Алексей Сороковой: Получается надо работу по провозглашенному Путиным курсу по деофшоризации

Игорь Стрелков: У нас можно провозглашать какие угодно курсы. Но без реальных внутренних реформ, без кадровых реформ ничего не будет. А собственно говоря. Нас пытаются проводить типо патриотическую внешнюю политику. При полном отсутствии такой же политики внутри страны. У нас провозгласили то, что мы стремимся к суверенитету. Но дальше слов дело не пошло, собственно говоря, кстати, Новороссия и Украина – это наиболее яркий показатель, потому что там нужно реально было отвоевывать российский суверенитет. Не фейково за тридевять земель. Российские войска в чужую войну, в гражданскую. Тем более на стадии, когда её уже выиграть я считаю невозможно. Но это отдельные вопросы. Очень серьезные. Его надо будет коснуться. На мой взгляд. Почему эту войну, как её можно выиграть и почему её не может выиграть современная Россия. Но реально это

Алексей Сороковой: А может быть нам вместо направления людских контингентов в Сирию направить туда оружие?

Игорь Стрелков: Это уже ничего не решит. Там не та война, где что то может решить высокоточное оружие. Тем более не говоря уже о том, что высокоточным оружием должны пользоваться специалисты, специалисты должны просто находится, спокойно выполнять свою работу. Под надежной охраной и общевойсковых частей, а у Асада самая главная проблема – отсутствие пехоты. Отсутствие мотивированной, дисциплинированной, массовой пехоты. Вот у противника огромное количество огромный ресурс мобилизационный. Поскольку там по разным цифрам от шестидесяти до семидесяти процентов населения Сирии суниты. То есть, это представители той конфессии, которые представляют и остальные исламисткие организации, там большая часть, девяносто процентов вооруженных позиций. Если не больше. То есть, это их мобилизационная база. Даже если не все они поддерживают радикальных исламистов тем не менее воевать против них они точно не будут, опять же за редким исключением. Подтверждающим правило. Часть городского у нас населения действительно может быть в какой то степени готово поддержать Асада. И поддерживает его. Но это относительно небольшой процесс от общей массы сунитов. А оставшиеся тридцать – сорок процентов – это это ассирийцы. Это христиане. Это собственно ловиты, десять процентов населения. Вот мобилизационный ресурс Асада. Он уже исчерпан. Он уже давно исчерпан. Больше того, сирийская армия после четырех лет безнадежной войны и ряда поражений в значительной степени деморализована. Поддержать её высокоточным оружием абсолютно бесполезно. Там нужны для того, чтобы переломить ситуацию, нужны массовые войска. То есть, там нужно соединения, общевойсковые соединения, поддерживаемые авиацией, артиллерией, способной наступать. Вести общевойсковые наступательные операции. Общевойсковые оборонительные операции. Причем не только их проводить, но еще после этого брать под контроль. И защищать территорию. То есть, реально речь идет о том, чтобы победить сейчас в Сирии России нужно ввести туда тысяч сто, наверное, при чем реально, общевойсковую, полноценную армию, со всеми своими с тылами, с ПВО, с авиацией, с артиллерией, с танками, которые будут решать задачи по зачистки территории.

Алексей Сороковой: А как вы считаете, вот тот метод, которым пользуются американцы, когда сначала разбомбить всех, а аллах потом разберется где свои, где чужие.

Игорь Стрелков: Дело в том, что во первых, нам не дадут такого счастья, первый же удар российской авиации по так называемому мирному населению, по настоящему мирному и по так называемому вызовет такой вопль в мире. Американцам можно делать всё, что угодно. Никто этого не заметит, потому что основное средство массовой информации мировые у них в руках. Нам этого никто не позволит сделать. Первый же убитый гражданский человек в ходе российского налета будет представлен в качестве для очень многих, не говоря уже о том, что бомбить в этом случае придется мусульман – сунитов, в большая часть мусульман на территории самой России – тоже суниты. И получается, что мы фактически ввязываемся в войну против пусть радикального, но ислама. Ну, блестящая мысль, ничего не скажешь, просто блестящая, вместо того, чтобы как раз три четыре года назад массировано помочь Асару Асаду оружием и советниками, массировано, когда это могло иметь значение, мы сейчас сами влезаем в войну, которая неизвестно к чему приведет.

Алексей Сороковой: То есть, у нас ситуация патовая?

Игорь Стрелков: У нас ситуация патовая, потому что мы себя загоняем в патовую ситуацию. Вот сейчас реально, вот представьте себе, допустим, даже решили создать стотысячный контингент. Ну, примерно равный тому, той численности войск, которая у нас была в Афганистане. Где советская армия могла проводить действительно серьезные, боевые операции. Зачищать целые районы от маджахедов, правда это ни к чему не приводило, как только власть передавалась местным афганцам тут же маджахеды обратно возвращались. Через какое то время. Тоже самое будет и в Сирии. Допустим, у нас стотысячная армия, как мы её будем снабжать. Вот как. Только по морю, через проливы? Ну, это безумно дорого, и самое главное, всего этого будет недостаточно. Хорошо, мы умудрились её сосредоточить и снабдить. А что у нас здесь, в России останется. У нас сейчас сухопутные войска – это двести пятьдесят, ну может быть больше двести восемьдесят тысяч человек. Ну, может триста. Сейчас может быть наращивание идет. Я не знаю, я не владею цифрами. Но я подхожу с точки зрения пусть военного который хоть как то немножко темой всё таки владеет. Без цифр естественно. Вот сто тысяч мы самых боеспособных войск загоним в Сирию, а здесь что останется? А что останется, если Украина действительно перейдет в наступление. Она армию не распустила, кто будет защищать Донбасс? Или мы Донбасс сдаем как отыгранную карту и типо вот сами корпуса пусть сами себя защищают? Ну, даже без Донбасса. Возникнет какая-либо угроза. В Таджикистане. В Киргизии. Где нибудь еще в нашем подбрюшье исламском. Кто туда поедет воевать? То есть, фактически, мы отправляем в Сирию. Если мы вводим стотысячный контингент, потом Турция закрывает проливы и этот контингент оказывается вообще отсечен от России. Ему некуда деваться вообще. По воздуху простите его даже вывести невозможно. Мы что там создаем там армию Паулиса? В Сирии, специально, заранее. Немцы не были такими авантюристами. Они по крайней мере наступавшая шестая армия на Сталинград, она хотя бы фланги с итальянцами прикрывали. Плохо прикрывали, но тем не менее. И были железные дороги, а мы? У нас даже в общем то если говорить о нашем Черноморском флоте, Среднеземноморской эскадре, то это жалкие ошметки того, что было при СССР. Ну, ладно, оставим хорошо, допустим, с Американцами договорились, допустим, все проблемы логистики на море мы решили. А как воевать в самой Сирии? То есть, мы будем вести наступательные операции, полномасштабные. Против противника, который намного сильнее американских маджахедов, и которого снабжают всем необходимым вооружением Турция, Соединенные Штаты, Саудовская Аравия. У которой свои группировки. То есть, это будет полноценная война. Это вам не Чечня. Чечню то еле еле задавили. А это огромная территория, которую надо контролировать, это огромные города, которые надо будет штурмовать. Потому что как можно допустим победить в Сирии, не захватив допустим А это огромный город. Это огромный город, если не ошибаюсь, там было толи пятьсот, толи шестьсот тысяч населения. Толи даже миллионы. Сейчас наверное больше. Кто его будет штурмовать? Сирийская армия неспособна штурмовать. Она вон до конца не может очистить. В течении многих лет уже. Кто будет побеждать? То есть, как победить? Нет, можно и двести тысяч загнать туда. Но здесь встает вопрос. Если мы туда начинаем воевать всерьез. То есть рассчитывая на победу, то в нынешнем состоянии это для нашей экономики станет ну просто

Алексей Сороковой: И плюс еще проблема

Игорь Стрелков: Извините, СССР на Афганистан потратил огромные деньги. Откуда возьмет их нынешняя Россия. СССР был намного богаче. Рубли печатал, а не привязывал к количеству продаж нефти.

Алексей Сороковой: Ну, может быть нам пора уже самим печатать свои рубли?

Игорь Стрелков: Нам много чего пора. Просто подчеркиваю. Опять мы влезаем в серьезнейший конфликт военный, отнюдь не легкую прогулку. Там её просто не будет. Там это будет многомесячная, а может быть даже многолетняя война, причем совершенно с прогнозируемым исходом. Исход афганский. То есть, не сумев там победить, через какое то время нам придется оттуда уходить. Или надо будет воевать так, что извините, как в великую отечественную, положить огромное количество наших русских ребят, огромное количество техники. Перенапрячь экономику. То есть, цена победы кажется вот несоответствующей цели. Ну, ладно. Вот представим. Но всё это производить в условиях, когда российская экономика глубоко во первых мирная, не переведенная на военные рельсы, во вторых целиком привязана к западу. К поставке энергоресурсов на Запад. То есть, в любой момент у нас просто центробанк соединенных штатов может сгенирировать финансовый кризис с дикой инфляцией. Просто в любой момент. Просто переключит рычажок. И у нас доллар за двести, легко. Просто за счет, даже не за счет цен на нефть, а за счет каких то там валютных спекуляций. Сбой организует нам компьютерный и всё. Они это могут. В этих условиях вести серьезную войну просто невозможно. А мы в неё собираемся, это серьезная будет война. Не маленькая. Либо вариант, конечно, остается, что туда введут только отдельные спецподразделения. Которые там уже есть. Туда введут какие то которых у нас с гулькин нос. А по численности там совсем ничего. Туда введут какое то количество авиации. И когда всё это не сработает, всё это оттуда выведут. Вот такой вариант. Но это всё равно будет поражение. Мы лезем в ловушку. Условно говоря, которую сами даже ее не расставляем мы сами туда лезем.

Алексей Сороковой: Есть у вас какой нибудь метод решения данной ситуации? Который мог бы вот...

Игорь Стрелков: Алексей Викторович, это безответственно с моей сторон давать советы таким великим деятелям, которые это придумали. Во первых, сумасшедшему давать советы бесполезно. Сами понимаете. Если сумасшедший куда то уперся, маньяк, он прет и его можно там только остановить только дав палкой по голове. Еще чего то. Естественно. Какие советы? О чем? Это безумие. Просто безумие. Отказавшись воевать за нашу Украину, которая является ключевым к возрождению суверенной России. Мы лезем воевать в колониальную какую то чужую гражданскую фактически гражданскую войну. За три моря. Это просто безумие. При этом не будучи совершенно готовыми к последствиям этой войны. Ну, совершенно.

Алексей Сороковой: Тогда верховному главнокомандующему необходимо срочно поменять таких советников, которые дают такие советы. Безумные.

Игорь Стрелков: Ну, во первых, давайте дождемся что он будет двадцать седьмого или двадцать восьмого будет говорить. Что он скажет. Потому что прежде чем расценивать действия главнокомандующего надо его хотя бы услышать. Что он думает сам по этому поводу. Пока я ни одного его заявления по Сирии не слышал. Пока только идет мощнейшая, трескучая пропаганда абсолютно какая то фейковая. О том, что надо срочно спасать Сирию. Надо спасать мир от исламской угрозы. Вы сначала бы с исламской угрозой у себя сначала справились. Потому что радикальный ислам у нас во многих регионах очень хорошо пророс. И никто с ним толком никак не боролся. Так и не борется. Это я могу как специалист сказать. Достаточно хорошо знаю ситуацию в башкирском Зауралье, по целому ряду районов Татарстана. Серьезной борьбы с у нас в России не ведется. Потому что в рамках нашего очень либерального законодательства просто У нас ведется борьба с то есть ваххабизм и это собственно говоря если немножко не то чтобы утрировать, но упростить, разница между и ваххабитом только в том, что оба за всемирный Джихад, но ваххабит должен начинать Джихад сразу. А салафит, салафиту предписано начинать джихад только тогда, когда есть шансы на победу. Вот и всё. То есть, когда сил достаточно, чтобы одержать победу. До этого салафиты должны вести мирный джихад. А не военный. Но как только они сочтут себя в силах, они должны переходить к военному Джихаду. Всё. Вся разница. Салафизм у нас достаточно хорошо процветает. А с ваххабитами как то успешно более менее боремся. Но это как бы отступление небольшое.

Алексей Сороковой: Понятно. Тогда что. Тогда ждем развития событий в Вашингтоне, в ООН.

Игорь Стрелков: Не в Вашингтоне всё-таки, в Нью-Йорке, по моему.

Алексей Сороковой: В Нью-Йорке, да, смотрим, что говорит наш верховный главнокомандующий.

Игорь Стрелков: Ну, смотрим, что говорит. Если по некоторым признакам типа должна быть создана некая коалиция. вот американцы, которые породили, вооружили, создали, которые с ним боролись только так вот ну фактически, у которых есть вооруженные силы в этом районе и достаточно большие. В Ираке, в Афганистане. Они от этой борьбы уклоняются. А честь проливать кровь и экономически обрушивать всё то, что еще не обрушено, они предоставили нам. Замечательно. С кем коалиция, кто с нами будет воевать. Кто будет проливать против кроме остатков сирийской армии. Ну не остатков, но тем не менее и обескровленной в значительной степени. Кто? Саудовская Аравия? Да она в Йемене воюет. Ей не до этого. Кроме того, она же турки? Которые снабжают? Нет. Не будут. Кто будет с нами в коалиции? Израиль может быть? Нет. Израиль воюет только за свои интересы. Ни с кем в коалицию не вступая. Надо отдать им должное. Если они и будут с нами в коалиции, то только отсюда и до обеда, до того момента, пока им будет выгодно. Так с кем у нас будет коалиция? С НАТО? Может с Украиной у нас коалиция будет. Против ну просто вот более у нас вся политика превратилась в спецоперации причем настолько непрозрачные и настолько провальные в итоге по результатам, которые пытается пропаганда объяснить. У нас нету абсолютно никаких вменяемых целей. Во внешней политике. Если мы решили восстанавливать суверенитет то последнее, что надо было делать – это лезть в гражданскую войну с Сирией. Вот самое последнее. Вот в чистом виде. Только еще в ухудшенном варианте – это конфликт в Корее и вокруг полуострова перед русско-японской войной. Тоже за тысячи километров, но там хотя бы граница России была рядом, противник по крайней мере Япония – сама напала на нас. Не мы туда влезли. А она на нас напала всё таки. Хотя можно было миром решить. Но были амбиции. И было мы всех победим тоже была мощнейшая пропаганда. Когда нас разбили в хлам. Какие то япошки, как тогда говорили, как называл Драгомиров. Бывший начальник генерального штаба. Война с гоекаками. Тогда были гоекаки, а сейчас у нас гоекаки в десятой степени. Просто авантюра, самая натуральная авантюра. Безумная авантюра. Ну, ладно. Это я уже начал повторяться.

Алексей Сороковой: Ну, тогда наверное на сегодня у нас тема исчерпана. Которую мы хотели обсудить.

Игорь Стрелков: Хотел я еще как бы обсудить еще небольшой вопрос непосредственно касающийся нашего движения. Раз уж мы здесь. Как говориться находимся. Алексей Викторович, осветите, пожалуйста, как начальник штаба ответственный за всю техническую часть работы нашей организации как вы оцениваете сейчас задачи наши основные, перспективы нашей работы гуманитарной. Помощи именно мирным жителям Донбасса.

Алексей Сороковой: Ну на данный момент в общем то мы делаем всё то, что провозглашали еще в прошлом году. То есть, кормим людей, мирных жителей, детей. Сирот, перевозим им эту еду из России, перевозим одежду. Перевозим средства какие то для обучения детей. Канцелярские товары, которые сейчас будут перед первым сентября активно получаемые нами от наших благотворителей. То есть, основная наша задача, которая нами была поставлена, так она и в общем то и не менялась. Это выполнять тыловые функции для мирного населения Донбасса, привозить всё то, что может быть необходимо. В том числе и стройматериалы некоторые мы привозили. В общем, всё, что нам выдают наши благотворители. Другой вопрос, что финансовые средства у нас не очень много. Ну, появляются периодически и добрые люди. И начиная от рубля и там до нескольких тысяч рублей переводят нам для этой деятельности или просто сами закупают продукты питания, одежду, инвентарь. То есть, в принципе, на данный момент тот график, который мы выстроили. Дважды в месяц отправка наших машин на Донбасс и доставка в обе республики и в Донецкую и Луганскую – это мы всё делаем. Жалко мало объемов. Значительно меньше, чем у белых камазов. Вот и поэтому наших сил недостаточно. Чтобы весь Донбасс накормить. Хотелось бы.

Игорь Стрелков: Хотелось бы в данном случае сразу уточнить. Может быть не для нас, мы с вами этот вопрос знаем, а для зрителей. Почему не смотря на количество такое внешней кажущейся белых камазов нуждается, есть нужда в гуманитарной помощи. Условно говоря, от общественных организаций.

Алексей Сороковой: Вы знаете, Игорь Иванович. Вот на базе того, что я лично видел и слышал, когда сам ездил в Донбасс. И учитывая опять таки те правила, которые сейчас там существуют. А там целых два министерства есть, центр управления восстановлением в Донецкой и Луганской республике, которые очень внимательно следят за тем, как мы привозим грузы и всё дело пересчитывают, переписывают, отчетность от нас требуют. Ту, которую положено им предоставить, чтобы видеть, что всё, что мы привезли мы не на базар с вами привезли, а раздали людям. Вот при всём при этом, вроде бы инфраструктура имеется. А упорядоченных информации о том, какие реальные проблемы сейчас существуют в республиках особенно у прифронтовых городов. Этой информации к сожалению нету. Я как начальник штаба постоянно сталкиваюсь с тем, что у нас идут заявки буквально от всех и от частных жителей и от организаций и от детских всяческих значит садов и школ и от городских властей городов, где есть проблемы, связанные с вот последствиями обстрелов, с гуманитарной катастрофой, произошедшей на территории Донбасса. И все эти заявки, обычно, когда мы собираем, мы пытаемся их своими силами естественно удовлетворить, при этом я каждому заявляющему всегда спрашиваю, а вы обращались в ваши органы власти, выше, в Луганск, в Донецк. Машут рукой и говорят, что да обращались, но толку никакого нету. Либо нету ответа, либо ответ не соответствует вопросу.

Игорь Стрелков: Нет, ну а всё таки, если говорить о белых камазах. В чем причина.

Алексей Сороковой: На мой взгляд у белых Камазов не хватает полностью налаженной системы контроля от границы от момента формирования до доставки до склада.

Игорь Стрелков: Может быть, мы всё таки скажем о том, что во первых количество этих камазов просто недостаточно. Для всего населения, то есть, сколько конвоев не сформируй, но кормить двух с половиной милионное население.

Алексей Сороковой: Ну, это очевидно. Конечно.

Игорь Стрелков: Ну, вот наверное действительно, может быть стоит сформулировать таким образом, что даже то, что поставляется, это всё таки не малая помощь, нету нормального освещения в средствах массовой информации, ни республик, ни российских как эта помощь распределяется реально. Ну, не будем говорить воруют. Мы можем об этом говорить, что воруют. Но тем не менее я так понимаю, белыми камазами обеспечивается питание регулярного ополчения. Потому что мы не можем накормить, теоретически, мы могли бы обеспечивать один батальон, взять один батальон. Больше никому не помогать. И, может быть, впроголодь мы их накормили. Но остальным то армиям Новороссии надо кормиться. А она не сеет не жнет. Вот. Не производит. Во вторых, естественно, что там какие то стройматериалы, буровые установки, всё прочее. Это идет из России. И всё это распределяется. Но власть неспособна наладить всё это происходит действительно в тумане. И туман этот напущен для того, чтобы легче было украсть что то оттуда. Или просто это неспособность организовать нормальное освещение. Отчитаться перед людьми. Которые ждут этой помощи. Вот это большая проблема.

Алексей Сороковой: Да и нету абсолютно прозрачных механизмов, нету простейших реестров потребностей различных организаций. Которые можно было бы и нам в России оценивать. И как нашим благотворителем отдельным, частным. Так и нашим государственным властям. Которые занимаются гуманитарной помощью. Ну и опять таки, наш пример собственный. Мы наши поставки от движения Новороссия все изначально полагаем, как адресные. У нас нету безадресных с вами грузов. Мы всегда уже в Москве знаем, кому мы отправляем груз. И это получается, что получатель груза контролирует его проход. Контролирует, ждет его. А с точки зрения белых камазов у нас идет опт. Оптом завозится. Оптом складируется куда то. Вопрос потом куда доходит. Потому что наши так сказать клиенты, наши люди, которые у нас просят помощи и получают её. Постоянно говорят, что до них не доходит. То есть, надо налаживать адресность. Для белых камазов.

Игорь Стрелков: Мне кажется, что может быть налаживать адресность, с другой стороны увеличивать объем, но наверное, вы согласитесь со мной, что по большому счету никакие гуманитарные организации, никакие гуманитарные государства конвои проблемы не решат. Решить проблемы Донбасса, помочь, то есть, Донбассу решить свои проблемы могла бы только Российская федерация тем или иным образом создав с одной стороны таможенную границу с Украиной на территории Донбасса. Чтобы российская помощь не уходила дальше тех районов, которые контролируют Донецк и Луганск. А с другой стороны открыв ту же самую таможенную границу с Россией, чтобы Донбасс мог поставлять реально свои продукты на территорию России, они есть и они конкурентно способны. Поскольку они дешевые. А с другой стороны завозить туда без наценки российские товары.

Алексей Сороковой: Я с вами соглашусь, действительно есть и примеры тому есть. И производства.

Игорь Стрелков: Опять возвращаемся, опять упираемся в ту же самую стену, в которую упираются всё остальное, что пока республики не признаны, пока не рассматриваются российским властями, как часть Украины, находящиеся в правовом поле Украины. Естественно, всё это решительно возможно. Дальше, наша песня хороша, начинай сначала. Опять побежали по кругу.

Алексей Сороковой: Ну, надо признавать по быстрее. Наверное так.

Игорь Стрелков: Ну, наверное, надо и признавать, но для того, чтобы признать надо окончательно решить, кто у нас сидит в Киеве, дорогой, уважаемый партнер, одновременно у которого общий бизнес с нашим послом Зурабовым. Или представитель ярый русофоб. Каратель. Кровавый диктатор. Фактически.

Алексей Сороковой: Ну, давайте тогда на какой то другой ноте закончим нашу беседу.

Игорь Стрелков: Я хотел бы по вашему, как по вашему, что наиболее сейчас необходимо не с точки зрения допустим гуманитарной, непосредственно, продовольственных поставок, а какого либо оборудования или что вот в чем сейчас население Донбасса с учетом разорванности обоих республик практически на части. Испытывает наибольшую потребность. Какого оборудования.

Алексей Сороковой: У нас постоянно запрашивают и мы кстати помогали – это оборудование необходимое для снабжения воды. Это оборудование трубы, насосы.

Игорь Стрелков: Почему такая ситуация?

Алексей Сороковой: Ну, как бы вы знаете хорошо, чем может быть другие люди, что фронт проходит в районе речки Северный Донец. И соответственно водозабор был там. И после обстрелов все инженерные сети пришли в негодность. И воды, которая раньше забиралась из реки её недостаточно. То есть, она не может быть доставлена в города, находящиеся в тридцати, в пятидесяти километрах, от этой реки, по тем инженерным сетям, которые были разрушены. Поэтому на нас выходят мэры городов с просьбой помочь им снабдить население артезианской водой. То есть, есть уже где то скважины. Есть где то желание эти скважины пробурить, по мимо всего прочего существуют еще и проблема фильтрации данной воды, потому что очень много вод связанных с близким расположением шахт. Они значит, эти воды не совсем пригодны. Они технические. Их надо фильтровать. Отсюда запрос опять таки на фильтры.

Игорь Стрелков: Ну, естественно. Хотелось бы добавить к этому, что мы как движение неспособны практически ни один этот заказ исполнить. По одной простой причине – нужны крупные производители, которые могли бы это оплатить самостоятельно, произвести, отправить. Мы могли бы помочь в этом отношении.

Алексей Сороковой: В качестве доставки.

Игорь Стрелков: В качестве доставки и чтобы доставка была и чтобы это оборудование попало только именно тем, кто в нем нуждается в самую первую очередь. Больше мы ничем помочь, к сожалению.

Алексей Сороковой: Я со своей стороны могу только призвать, чтобы благотворители российские, которые обладают такими объемами и ресурсами способностей по помощи Донбассу не были энертны и обращались к нам, мы готовы содействовать и помогать.

Игорь Стрелков: На самом деле да, может быть, стоит подвести итог, нашей немного сумбурной конференции. Поскольку мы не профессионалы с Алексеем Викторовичем и наша студия в данном случае не профессиональна. Поэтому у нас немножечко всё получилось как на хорошем любительском уровне. Поэтому может быть нас кто то услышит. В любом случае и касаясь ситуации в Сирии и касаясь ситуации на Украине и касаясь ситуации гуманитарной в Донбассе. Мы считаем необходимо высказывать свое мнение. Вот. Это просто наш долг. Больше от нас мало что зависит. Если вообще что то зависит. Но высказать, прямо сказать о том, о чем ни скажут ни распиаренные и размноженные телевидением политологи многочисленные, которые везде бьют в барабаны и издают один сплошной гигантский вот мы не можем не возразить, сказать честно, какие проблемы нас ждут с самом ближайшем будущем. Ну, будем надеяться, что это не последняя конференция и думаю, что вопрос Сирии мы еще отдельно разберем, на уровне наших частично дилетантских, но тем не менее знаний. После того, как окончательно определится Российская политика. После речи президента. В Нью Йорке.

Алексей Сороковой: Ну, а сейчас попрощаемся с нашими зрителями. До свидания.

опубликовано: 25.09.2015, 10:43, просмотров: 7110

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Комментарии проходят модерацию системой Cackle, подозрительные проверяются в ручном режиме, поэтому нет необходимости дублировать написанное, система Вас в таком случае заблокирует. Если Ваш комментарий не прошёл просто дождитесь его модерации, но он может быть удалён администраторами без объяснения причин.

Меню

Реквизиты для помощи


ВНИМАНИЕ !!! Изменен номер карты!!!

Карта Сбербанка: 4276 3800 1470 8015

Яндекс кошелек: 410013189081232

Киви кошелек: +79032219540

PayPal кошелек: leha40@me.com

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ

» » Игорь Стрелков и Алексей Сороковой: Россия, Новороссия и Сирия