logo

КОНСТАНТИН КРЫЛОВ: Донецк. Путевые заметки 2

Прежде всего я должен извиниться перед дорогими читателями. Я написал первую статью о Донецке в конце прошлого месяца, и намеревался продолжить буквально на следующий день. Но человек предполагает, а Бог располагает. На следующий день умер Буковский и меня очень попросили написать некролог. Что ж, смерть не ждёт, и я уважил мёртвого... Дальше начались «всякие обстоятельства», так что вернуться к донецкой теме я могу только сейчас.
Признаться, я делаю это с удовольствием. И потому, что сейчас у меня за окном мёртвая тьма, а Донецк в моих воспоминаниях освещён солнцем и овеян теплом. И потому, что за истекшее время воспоминания улеглись на свои места, догадки подтвердились или не подтвердились.
Прошлая статья наполовину состояла из фотографий, что вызвало справедливую критику. Я решил чередовать картинки с рассуждениями. В этой статье картинок будет самый минимум – всё лучшее прибережём до следующей.

ГОРОД

Что бросается в глаза – чистота и ухоженность. Нет сомнений, что Донецк был таким и до войны, но одно дело до, другое – во время. Тут потребовались особые усилия, прежде всего от работников коммунальных служб, которые в кратчайшие сроки чинили и заделывали то, по чему «прилетело». Надеюсь, когда-нибудь в городе поставят памятник донецкому коммунальщику.

Как выглядят места, по которым оно летает особенно часто, мы ещё посмотрим. А пока – одна фотка из центра, которая говорит обо всём.



КОНСТАНТИН КРЫЛОВ:  Донецк. Путевые заметки 2


Фонтан. Если работают фонтаны - значит, есть электричество, водопровод, и вообще всё работает.


НАСЕЛЕНИЕ


Сразу скажу – никаких цифр и таблиц у меня на руках нет. И я не знаю тех, у кого они есть. Однако некоторые вещи, что называется, бросаются в глаза. Вот о них и скажу.
Очень заметно, что до войны Донецк был городом населённым и зажиточным. Основу благосостояния заложил, видимо, уголёк, но вообще-то тут производилось много чего. А также и продавалось. И, конечно, строилось. Народ местный – домовитый и хозяйственный, климат опять же позволяет жить в пригороде. Многие отстроились, завели свои дома. Многим пришлось об этом пожалеть, особенно на западной окраине города.
Сейчас первое, что бросается в глаза - недонаселённость. Людей стало заметно меньше. Не настолько, чтобы можно было говорить о «мёртвом городе» или «городе-призраке» (как писали о Цхинвале после 08.08.08), совсем нет. Просто – людей заметно меньше, чем должно быть. По широкому проспекту едут четыре машины. Улочка, которая в Москве или в Ростове была бы забита машинами, пустует – иногда по пять-десять минут. В большом доме горит десять окон (и это хорошо: в пятнадцатом году горело два – три).
Куда уехали? Я спрашивал местных, все отвечали примерно одно и то же. В основном ехали в Россию – особенно у кого родственники или хотя бы знакомые. Кто имел завязки на Украине – те поехали на Украину. И в России, и на Украине дончане сталкиваются с разного рода проблемами, но на Украине проблем, пожалуй, побольше. Поэтому и возвращаются оттуда чаще. Вообще, обратный отток, хотя и слабенький – есть. Потому что многие, убежавшие в четырнадцатом-пятнадцатом году от перспективы остаться в голодном и разрушенном городе, теперь видят, что город как таковой совсем не в руинах (разрушения есть, и серьёзные, но они по большей части локализованы) и голода тоже нет.
Сколько уехало? Я не знаю. Есть донецкие оценки (разные), есть украинские оценки (ну очень разные), есть российские . Но если принять, что до войны население Донецка приближалось к миллиону и прикинуть впечатления от недозаполненности, то получится, что не хватает где-то четвёртой части. По такой же оценке, в 2015 не хватало где-то трети. От людей я слышал что-то похожее, с уклоном в бОльшую сторону. Но тут нужно учесть склонность к преувеличениям.
Конечно, во всём можно найти и хорошую сторону. Квартиры в Донецке не могут стоить дорого, а аренда жилья, полагаю, стоит совсем мало. Для работающих на удалёнке это неплохой вариант.
Некоторые украинские товарищи из числа упёртых продолжают разговоры о том, что «в Донецке всё пусто и мертво». Вот прямо сейчас я читаю какого-то украинского гения, который, выступая во Львове, говорит, что

Донецк пустой, там нет людей… Там реально гражданских почти нет, там всё мёртвое, умер Донецк, забудьте про Донецк и Луганск до 2014 года… Это города-привидения, там военная инфраструктура, там сепаратисты и оккупационная администрация, и те, кто с ними коллаборационирует – всё.


Думаю, подобное мог сказать только львовянин. Жители Восточной Украины – даже самые что ни на есть упёртые украинские патриоты – такого бы не говорить не стали: реальное положение дел известно всем, кто там живёт. Хотя, может быть, он имел в виду, что жители Донбасса – не люди? Это вписывается в современную украинскую риторику, но вообще-то такие вопросы решаются не словами.


КОНСТАНТИН КРЫЛОВ:  Донецк. Путевые заметки 2


Копия Царь-Пушки. Подарена ещё Украине. Она чуть меньше московской - чтобы не портить рекордные показатели.


Один добрый человек сказал по этому поводу: "Если бы украинцы дошли сюда, мы бы и из этой пушки стреляли". И добавил - "не ядрами, конечно, ствол не тот, а вот картечью..."


ЭКОНОМИКА


Ещё раз повторю: я не знаю и даже не буду искать в интернете, что и сколько в Донецке сейчас производится. Важен тот факт, что производство вообще есть. Всё тот же уголёк позволяет поддерживать энергосистему, а именно здесь-то обычно всё и ломается. Есть тепло и энергия – есть жизнь. Нет – нет.
Как живут люди? Бедно они живут, чего уж. Причём по своим собственным меркам бедно. Когда я – обычно уже после достаточно длительного разговора – спрашивал собеседника о зарплатах (не его лично, вообще об уровне зарплат), люди смущались и отводили глаза. Но цифры всё-таки всплывали: от пятнадцати до десяти тысяч зарплата считается «нормальной», бывает и меньше. Пенсии совсем маленькие – две тысячи, три.
Некоторые просто говорили, что у них зарплаты и пенсии «на порядок ниже, чем в России». Ну не в России, конечно, но если сравнивать с Москвой, то где-то близко. И понятно, что раньше такого разрыва не было.
Цены? Я могу сказать только о том, чем интересовался сам - о еде. На базовые продукты поддерживаются невысокие цены: десяток яиц – около шестидесяти рублей, более-менее приличный хлеб – где-то в районе двадцати (но есть и в два раза дешевле, «социалка»). Пакет местного молока – сорок с чем-то. Картошку-помидоры точно не помню, но вроде не очень дорогие. Мясо – цены начинатюся за двести с хорошим гаком, всякие копчёности – как в Москве. «Вот как-то так».


КОНСТАНТИН КРЫЛОВ:  Донецк. Путевые заметки 2


Местные сардельки. Сам не пробовал - но, говорят, вполне себе ничего. Вообще, реклама еды - признак того, что еды хватает.



Я спрашивал у местных жителей, как с ценами на Украине. Мне говорили, что на еду примерно то же на то же, а вот бензин дороже. И коммуналка: в Донецке держат низкие цены на коммунальные услуги. Что, безусловно, правильно.
Самое же обидное состоит в том, что запустить производства и начать жить лучше можно хоть завтра. Основная причина экономического ступора – чисто политическая. Это отсутствие у ДНР признанного статуса. Я не говорю о статусе государственном[1] – у республики нет какого бы то ни было признанного статуса вообще. Что блокирует всякую легальную экономическую деятельность. Бумажки, проклятые бумажки, все эти документы на продукцию, накладные и всё прочее – их невозможно оформить правильно, потому что любое оформление будет неправильным. В результате сделанное в Донецке нельзя вывезти ни на Украину, ни в Россию, ни куда-либо ещё. В таких случаях всегда возникает цепочка посредников, необходимость платить какие-то лишние деньги, на чём и съедается львиная доля прибыли. Даже если завтра в центре города найдут алмазы, их можно будет продать только контрабандой.
Впрочем, какие алмазы! Я слышал жалобы на то, что в Донецке сложно издавать книжки, так как на них сложно проставить ISBN, то есть международный стандартный номер книги, а без этого номерка книжку за пределами республики не продашь. Эта ситуация, наверное, как-то решается, но вот именно что «как-то».


КОНСТАНТИН КРЫЛОВ:  Донецк. Путевые заметки 2


Местная водка, очень хорошая и не безумно дорогая.

Местное пиво тоже достойное, поскольку "Балтика" не может купить местные пивоварни - "нельзя, скандал".
Если ничего нельзя продать – быстро и удобно – то неизбежно возникает и вторая проблема: недоинвестирование. Чтобы что-то работало, нужно вкладывать деньги, а их выгоднее и безопаснее вкладывать в других местах. При этом, скажем, тот же игорный бизнес в республике официально запрещён с 2014 года.


ПРИМЕЧАНИЯ
[1] Сейчас ДНР признала, кажется, только Южная Осетия.

(Продолжение следует)

использованы материалы: https://www.apn.ru/index.php?newsid=38107

опубликовано: 28.11.2019, 06:55, просмотров: 803

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Комментарии проходят модерацию системой Cackle, подозрительные проверяются в ручном режиме, поэтому нет необходимости дублировать написанное, система Вас в таком случае заблокирует. Если Ваш комментарий не прошёл просто дождитесь его модерации, но он может быть удалён администраторами без объяснения причин.
Социальные комментарии Cackle

Меню

Реквизиты для помощи


Номер карты ОД "Новороссия"

Карта ВТБ: 4272 2902 3497 3303 (изменена с 13/05/19)

Яндекс кошелек: 410013189081232

Киви кошелек: +79033637016

PayPal кошелек: leha40@me.com

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ

» » КОНСТАНТИН КРЫЛОВ: Донецк. Путевые заметки 2